Чужие дочери

Чужие дочери (электронная книга) ,

Почему мы так редко думаем о том, как отзовутся наши слова и поступки в будущем? Почему так редко подводим итоги? Кто вправе судить, была ли принесена жертва или сделана ошибка? Что можно исправить за один месяц, оставшийся до смерти? Что, уходя, оставляешь после себя? Ответы на эти вопросы ищет успешный адвокат Жемчужникова, героиня повести Лидии Азариной «Чужие дочери». Это не «дамский роман» для чтения фрагментами вприкуску с бутербродом – открыв его, трудно оторваться до последней строки. Острый трагичный сюжет, реальная жизнь, спрессованная в страницах, заставляют не только сопереживать, но и задуматься: а как отзовутся в будущем собственные слова и поступки, что оставишь после себя?

 

Такси выехало за город. Справа в бело-розовой пене цветущих яблонь нежилось встающее солнце. От этой легкой и праздничной красоты перехватывало дыха­ние. Ожидание и напряжение становились мучитель­ными: Светлана ехала в Алешню, в дом этой женщины, нет, вернее, уже в свой. Она опустила стекло. Ворва­вшийся ветерок тут же спутал волосы, наполнил салон запахом цветов и свежей травы. А сидящая рядом На­талья Леонидовна, адвокат, сопровождавшая ее, не замечая ни этой красоты майского утра, ни состояния Светланы, все говорила, говорила…

— Адвоката лучше Людмилы Борисовны вообще не было ни в одной консультации. Люди на очередь за­писывались, из других городов приезжали. Ее даже в Москву приглашали, в самую крутую юридическую фирму, причем с открытой зарплатой. Ну, Вы, навер­ное, слышали, это когда работник сам себе устанавли­вает зарплату. Вы даже не представляете, какая у нее была популярность. На похоронах был весь город, без преувеличения. Так жалко, так жалко… Такая моло­дая, а сгорела за два месяца. Так странно. Уехала, ни­кто даже не знал, куда. А потом гроб привезли… Пред­ставляете? А она Вам кто была?

Светлана вздохнула, ответила после паузы:

— Родственница…

—  А мы считали, что она одинокая. Ну, в смысле, был у нее типа гражданский муж, заведующий нашим здравотделом, но они жили как-то непостоянно, да он и не разведен был. А больше никого. А вы, оказывает­ся, родственница, да еще наследница. Не понимаю, зачем Вам такой дом продавать. Я, конечно, не угова­риваю, наоборот, мне же комиссионные пойдут, но я думаю, что это Вы его просто не видели. Жемчужни-кова его десять лет строила и обустраивала. Гостей не часто приглашала, но кто внутри бывал — говорили, просто сказка. Такого другого нигде в округе нет.

Такси повернуло у указателя «Алешня». Узкая ас­фальтированная дорога была обсажена в два ряда бе­резками. Слева внизу серебрилось-мерцало озеро. Под сердцем забеспокоился-завозился сын. Светлана по­ложила руку на живот: «Тихо, малыш. Не торопись, все посмотрим… Тихо… »

— Малыша ждете? Уже знаете, кто?

-Да, сын.

-Ну, ему тут было бы раздолье. Участок почти гектар. Подъезжаем. Вон, зеленая изгородь. Смотрите, какая красота!

Такси остановилось. Светлана вышла из машины, осмотрелась: над длинной зеленой изгородью из боя­рышника виднелись кованые ажурные решетки основ­ной ограды. Прислушалась к Наталье Леонидовне, от­пиравшей калитку:

-Это Людмила Борисовна сначала кованое ограждение поставила, а потом уже зеленую изгородь по­садила от улицы, а внутри — низкую, из можжевель­ника.

-Да… — кивнула Светлана.

Об авторе

Лидия Азарина (настоящее имя — Алла Борисовна Ивашко) родилась в тихом провинциальном городке в 1954 г., начинающий автор в 59 лет.

Мама — яркая, активная, вся в общественной работе, помощи окружающим, многократный депутат районных и областного Советов, потомственная учительница, страстный борец за правду, свято верившая в коммунизм и справедливость. Участница ВОВ, партизанила на Витебщине, неоднократно награждена.

Отец — колоритная, почти фольклорная личность, финансовый, торговый с криминальным оттенком талант. Воевал, награжден. После 9 месяцев в гипсе из-за ранения в позвоночник сумел подняться и пойти на одной силе воли, по мнению врачей. Получил 2-ю группу инвалидности (пожизненно).

Развод родителей в 1968 г. после 6 процессов производил Верховный Суд БССР. Резонанс был на всю республику, даже в прессе. По тогдашнему законодательству необходима была весомая причина для развода, мещанское влияние отца на детей никак не могло быть таким основанием. Других причин у мамы не было. Но она твердо решила оградить Аллу с 6-летней сестрой от его тлетворного воспитания (вещизм), хотя у самой времени воспитывать детей не было. Ушла, забрав дочерей, книги и одежду, из большого уютного дома в съемную комнату. Все имущество оставила отцу, не унижая себя разделом. Семьи больше не создали ни один, ни вторая. Алла с сестрой на долгие годы стали инструментом болевого воздействия родителей друг на друга. Но через 20 лет, когда мама тяжело умирала от рака, отец преданно ухаживал за ней до самого конца.

Алла блестяще училась, многократно побеждала на областных и республиканских олимпиадах (математика, физика, биология), творческих конкурсах на лучшее сочинение и т.п. Организовала ученическое самоуправление, с 8-го по 10-й классы была комсоргом школы. «Жили весело и азартно, с чувством, что мы, подростки, можем все. Например, без комплексов и без приглашения поехали к Владимиру Короткевичу домой, навязались в гости, потом пригласили к себе. Приехал, провел в школе целый день и был очень доволен», — вспоминает Алла Борисовна.

Окончила школу с золотой медалью в 1971 г. В 9-м классе на спор прошла творческий конкурс в Литинститут, но поступить, естественно, не смогла из-за отсутствия аттестата о среднем образовании.

После школы поступила на физический факультет Белгосуниверситета, училась хорошо, наслаждалась студенческой жизнью, но оставила учебу на 4-м курсе — стало неинтересно. Скандал дома закончился изгнанием на свои хлеба: «Живи, как хочешь, если не можешь, как нормальные дети!» Лето проработала пионервожатой в лагере (все-таки бесплатные крыша над головой и питание, да и с детьми было интересно), поступила на исторический факультет БГУ. Через год оставила — неинтересно, не видела перспектив. 2 месяца проработала литсотрудником в районной газете, поступила на биофак БГУ, оставила через полгода — неинтересно.

Родители периодически объединялись в разборках несчастной неприкаянной судьбы Аллы и ее ужасного будущего, но в конце концов махнули рукой, уже ни на что хорошее не надеясь.

Алла Борисовна работала в разных качествах и в разных местах: машинисткой в министерстве, рабочей на заводе, в системе народного контроля, в спортивном стрелковом, райкоме комсомола. Много ездила по Союзу: Армения, Узбекистан, Грузия, Молдавия, Урал и Западная Сибирь, Карелия, вся Прибалтика, Псковщина, Центральная Россия, Украина. Влюбилась в Крым, и полгода прожила там. Работала полдня садовой рабочей в Никитском Ботаническом саду, остальное свободное время — ходила, карабкалась, ездила, смотрела и впитывала.

С красивой иллюзией «только юристы смогут все» поступила на юридический факультет БГУ и ускоренно, но успешно закончила его по индивидуальному плану.

На 2-м курсе эпатажно вышла замуж «за лучшего в жизни мужчину—умницу, эрудита, романтика, талантливого аналитика, настоящего офицера и настоящего врача». Он был на 26 лет старше, но 19 очень счастливых лет прошли как один солнечный день. Когда он умер, полет и радость кончились — остались 10-летняя дочь, обязанности и моральные долги. Сегодня дочери 22 года, юрист по способностям, образованию и профессии.

После получения диплома Алла Борисовна работала в колхозе, затем 13 лет в исполкоме, потом заместителем директора предприятия, директором и совладелицей фирмы. Сейчас на пенсии, но почти продолжает работать. «Серьезно болею, но очень хочется пожить еще (видимо, уже возрастное), потому что жизнь и законы с каждым днем все интереснее», — рассказывает писательница.

«В силу профессии более 30 лет встречаю людей преимущественно в горе, в экстремальных жизненных ситуациях, в конфликтах, когда, как правило, с них осыпаются фальшивые образы, привычные для окружающих. И в каждом, даже в признанных подонках, на которых, считают, клейма негде ставить, практически всегда выступает человеческая изначальная суть со справедливым и ясным пониманием происходящего, его причин — собственной вины и ошибок. Главная из них всегда — нежелание или неумение думать и стремление уйти от проблем любой ценой сейчас без учета цены, которую придется заплатить потом».  

 

Буктрейлер

Купить книгу

Наши книги можно купить в сети «Белкнига», в книжных магазинах Беларуси. Само издательство осуществляет поставки книг только юридическим лицам и ИП, в книжные магазины, книготорговые сети и библиотеки.

Позвоните по телефону +375 17 290 16 42 и мы найдем оптимальный вариант сотрудничества с вами.

Напишите первым отзыв к книге “Чужие дочери (электронная книга)”